Home » Подшивка, Энергетика » КТО и КАК управляет Кыргызстаном?

КТО и КАК управляет Кыргызстаном?

Save pagePDF pageEmail pagePrint page

Неожиданный “тендерный” скандал вокруг строительства иссык-кульской автодороги и последовавшая за ним ещё более неожиданная отставка премьер-министра Темира Сариева заставляют лишний раз задуматься – КТО и КАК управляет Кыргызстаном?

     За неполные 12 месяцев своего премьерства Т. Сариев сумел создать себе имидж почти идеального управленца – активного, энергичного, мобильного, требовательного реформатора, не боящегося решительно идти на рискованные политические шаги. Этот образ, увы, начинает меркнуть при, так сказать, ревизии его “наследства” – конкретных правительственных решений.
     Одним из них стала ликвидация Министерства энергетики и создание на его обломках Национального энергетического холдинга. Мало кто из кыргызстанцев понял смысл и последствия этой “реформы”. Между тем, по мнению постоянного эксперта нашей газеты – специалиста в сфере энергетики Николая КРАВЦОВА, последствия могут быть самыми плачевными.
     Впрочем, наша беседа вышла далеко за рамки этой темы.

ПРИВАТИЗАЦИЯ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ
ОПЯТЬ ГОТОВИТСЯ ВТИХУЮ?

– Давайте вспомним, что такое кыргызская энергетика, – предлагает Николай Лукьянович Кравцов. – Это крупнейший стратегический сектор экономики Кыргызстана. И из этого крупнейшего – и единственного действующего! – сектора убрали орган государственного управления. И сегодня этот сектор НЕ УПРАВЛЯЕТСЯ – по крайней мере, государством.

– То  есть  как  это – не управляется?

– А вот так. Кыргызский энергосектор состоит из 8 энергокомпаний, в которых государство играет ключевую роль как собственник. Это “Электрические станции”, Национальная электрическая сеть Кыргызстана (НЭСК), четыре распредкомпании, “Бишкектеплосеть” и “Чакан-ГЭС”. Начиная с ноября прошлого года, каждая из этих компаний существует сама по себе. Дело в том, что их статус – акционерные общества с частной формой собственности (за исключением “Чакан-ГЭС”, которая, как помните, была национализирована). Фонд по управлению госимуществом, который является держателем государственной доли акций этих компаний, ими фактически никогда не управлял и не управляет.

В истории Кыргызстана уже был 14-летний период, когда энергосектор государством фактически не управлялся – после того как в 1994 году упразднили Министерство энергетики. И к тому, чтобы в 2007 году Минэнерго было вновь воссоздано, приложились многие – и депутаты парламента, и гражданский сектор (в том числе и ваш покорный слуга). Потому, что нельзя эту стратегическую отрасль оставлять без управления. Ведь вокруг энергетики всё крутится – и свет и тепло в наших домах, и транспорт, и промышленность, и сельское хозяйство.

Итак, воссозданный орган государственного управления энергетикой – Минэнерго – просуществовал 8 лет. А в конце 2015 года его зачем-то ликвидировали. Ключевой вопрос – ЗАЧЕМ? Плохо работал? Это не повод. Значит, вы ему задачу неправильно поставили, полномочиями не наделили. В прошлом году была попытка эту ошибку исправить. Совет обороны КР порекомендовал передать акции вышеупомянутых энергокомпаний из Фонда госимущества под управление Министерства энергетики. И постановление правительства об этом было принято. И акции уже начали передавать. А потом вдруг отыграли всё назад. И вскоре министерство энергетики ликвидировали. А чтобы эту пустоту хотя бы фиговым листком прикрыть, придумали Национальный энергохолдинг.

– А не всё ли равно, как государственный орган будет называться – министерство, холдинг?

– Нет, не всё равно! Во-первых, под таким органом должна быть правовая основа. Но закона об энергохолдинге до сих пор нет! Есть только название. То есть телегу поставили впереди лошади. И никто, включая депутатов парламента, не может понять, что же это такое – энергохолдинг? С чем его едят, чем он будет заниматься, какой от него ожидают результат? Это было покрыто туманом с самого начала.

Активы тех восьми энергокомпаний (если правильно их оценить) потянут на сумму, начиная от 25-30 миллиардов долларов. Некоторые мои коллеги называют ещё большие цифры – и 40 миллиардов, и даже 50 миллиардов долларов. В переводе на национальную валюту – 3 с половиной триллиона сомов! И вот представьте – всей этой империей станет управлять другая непонятная коммерческая структура, именуемая энергохолдингом, уставной капитал которой определён всего лишь в 5 миллионов сомов. Кто будет этого “управленца” слушать? Он же по сравнению с ними – голодранец. У него же ничего нет. Даже здание, в котором этот холдинг разместили (бывшее здание Минэнерго), ему отдали во временное пользование.

В декабре прошлого года я присутствовал на совещании, на котором тогдашний премьер Темир Сариев обещал: “Мы наделим энергохолдинг функциями государственного органа”. На мой взгляд, это – глупость несусветная. Наделить хозяйствующий субъект функциями госоргана – это породить коррупцию в самом начале. Минэнерго было госорганом, который проводил государственную политику в сфере энергетики, с ним должны были считаться другие министерства. Как будет проводить эту политику холдинг – по сути, повторяю, коммерческая структура?

Кто и за что будет ей платить?

Кому и что она будет продавать? Свои указания?

Из чего будут получать зарплаты сотрудники холдинга? Из своего уставного фонда? Так его тогда за месяц-другой проедят.

Все эти нелепости заставляют вновь вернуться к ключевому вопросу: ЗАЧЕМ придумали этот фиговый листок – энергохолдинг? Какова истинная цель, которую он прикрывает?

– И какова же? Вам это уже понятно?

– Эта цель, как мне кажется, уже начинает выплывать… Чтобы энергохолдинг обладал правом управления энергокомпаниями, ему надо передать государственные пакеты акций этих компаний. А для этого нужно принять и изменить несколько законов. В том числе закон об особом статусе каскада Токтогульских ГЭС и НЭСК, согласно которым их акции не подлежат отчуждению.

Всё это наводит на мысль, что основной целью этой странной затеи была… ПРИВАТИЗАЦИЯ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ. Это ничто иное как так называемый “четвёртый этап приватизации”, проведение которого в своё время не допустили депутаты парламента. Я в 2004 году работал экспертом-консультантом в профильном парламентском комитете и хорошо помню, как премьер-министр Танаев два месяца подряд приходил в парламент как на работу – каждый день. Чтобы пропихнуть этот “четвёртый этап”. Но депутаты (в частности депутатская группа “Кыргызстан”, куда, кстати, входил и Темир Сариев!) просто отказались голосовать. Потом были госперевороты 2005-го и 2010 годов. Но идея приватизации стратегических объектов, как видно, в чьих-то головах жила. Её-то, думаю, и стали пропихивать теперь – под прикрытием создания Национального энергохолдинга. Не мытьём, так катаньем…

– И каков может быть дальнейший сценарий?

– Я не гадалка, чтобы этот сценарий на столе разложить. Но к приватизации стратегических объектов подводит сам ход событий. Их приватизация была невозможна, а с изменением законов станет возможной. А потом, не исключаю, будет поднят новый лозунг: “Национальный энергохолдинг не оправдал наших ожиданий, давайте его ликвидируем!” Никто этой ликвидации не заметит (как сейчас не заметили ликвидации Минэнерго), но главное будет сделано – откроются шлюзы к приватизации стратегических объектов…

– А какие-то попытки изменить законы о приватизации уже предпринимаются?

– В парламент уже внесены законопроекты об изменениях закона об особом статусе стратегических объектов и программы приватизации, принятой в Кыргызстане в 1998 году. Кто внёс? Правительство…

– Правительство Темира Сариева?

– Разумеется. Запомнился ответ премьера Сариева на вопросы депутатов о том, кто за последствия ликвидации Минэнерго и всё прочее будет отвечать? “Я лично буду нести ответственность!” – сказал он. Но дело разве в том, КТО будет ответственным? Главный вопрос – ЧЕМ он будет отвечать? У нас если управленец дров наломает, его в лучшем случае увольняют. Считается – вот она – ответственность. Но это, может быть, для самого чиновника трагедия – от кресла отлучают. А что получит от этой отставки государство и общество? Кто, простите, будет оплачивать последствия непродуманных решений? Государство? То есть госбюджет? А в бюджете – наши с вами деньги. Хорошо же эти ребята-управленцы устроились… Нет уж, будьте любезны нести за свои решения ответственность и материальную. Чтобы все знали: увольнение с поста – это ещё не наказание.

Какие же плоды в ближайшее время может принести это “наследство” Сариева – энергохолдинг?

– Уже сейчас новый премьер Сооронбай Жээнбеков стоит перед необходимостью подписать постановление о прохождении осенне-зимнего периода 2016-2017 годов. Дабы впереди оставалось время на то, чтобы что-то предусмотреть, что-то предпринять, от чего-то негативного избавиться.

Вопрос: в отсутствие Министерства энергетики КОМУ правительство будет давать поручения?

Национальному энергохолдингу, о непонятном статусе которого мы уже сказали?!

Другой момент. Кыргызстану, как и в прежние годы, своей электроэнергии в ближайшие годы не хватит, придётся покупать за рубежом. Раньше на переговоры с сопредельными странами как по импорту, так и по экспорту электроэнергии выходил министр энергетики – при поддержке премьер-министра, а то и президента страны.

У всех ещё на памяти, как в конце 2014 года, когда с импортом электроэнергии прокололся тогдашний министр Артыкбаев, в Казахстан на переговоры пришлось ехать президенту Атамбаеву. Кто поедет на переговоры теперь? Опять лично президент – в отсутствие министра энергетики?

В Евразийском экономическом союзе сейчас активно идёт процесс формирования единого энергетического рынка. Кто будет представлять Кыргызстан там? Представьте, идёт заседание на уровне министров. И среди министров (а во всех странах ЕАЭС, кроме Кыргызстана, министерства энергетики есть) – наш Айбек Калиев, директор Национального энергетического холдинга. Выгнать его, конечно, не выгонят, но слушать будут вряд ли. Уровень не тот – холдинг какой-то… Какую-то часть функций ликвидированного Минэнерго передали в Министерство экономики Кыргызстана. Но оно абсолютно не в теме! Там никто сейчас не владеет вопросами управления энергосектором. И тоже не сможет адекватно представлять Кыргызстан.

– Короче, получили целый ворох проблем – как внутренних так и внешних. И что, как думаете, теперь нужно делать новому премьер-министру?

– В том искусство управления и состоит – если решение принято неверное, надо его отменить и принять верное решение. Ничего лучшего ещё не придумано. Все попытки сделать так, чтобы энергохолдинг работал правильно, это мышиная возня. Не будет он работать правильно!

Вот вам ещё один пример. Министерство энергетики хорошо ли, плохо ли, но контролировало энергокомпании. И те, пусть часто формально, но свои обязательства перед государством исполняли. Сегодня этого нет. Компании – сами себе хозяева, делают, что хотят. И вот результат. По итогам 2015 года с небольшой прибылью вышло только ОАО “Бишкектеплосеть”. А остальные компании, по предварительным данным, оказались УБЫТОЧНЫМИ. Хотя в прежние годы все компании, кроме “Электрических станций”, были прибыльными. Вот что значит ослабить контроль государства за стратегическим сектором экономики.

Что делать? Могу повторить то, что я советую и депутатам, и чиновникам. Надо немедленно восстановить Министерство энергетики и дать ему в руки новые рычаги управления – акции энергокомпаний. Хотя, повторюсь, есть подозрения, что за всей этой вознёй стоит нечто большее – попытка приватизировать стратегические объекты.

КАКАЯ-ТО МУТЬ – НАД КАЖДЫМ ПРОЕКТОМ…

– Мы с вами  на тему энергетики выступаем с 2008 года – начиная с нашумевшей тогда нашей публикации “Электричество – боль народная”. Получается, тема эта – больная до сих пор.

– До сих пор в Кыргызстане не решена главная задача, о которой любят говорить, – не обеспечена ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ страны.

– А как же линия электропередач “Датка-Кемин”? Считается, что после того, как китайцы её построили, Кыргызстан находится в безопасности.

– ЛЭП “Датка-Кемин” частично обеспечила нам независимость от энергосистем соседних стран. А для безопасности нужна гарантия того, что мы обеспечены энергоресурсами – то есть электроэнергией. Своих ресурсов зимой нам сейчас не хватает. А в будущем не будет хватать ещё больше. Этот дефицит ресурсов Кыргызстан попытался покрыть за счёт ввода новых мощностей – то есть строительства электростанций. Нам все уши прожужжали, что уже в 2016 году будет введена первая станция – Ак-Булунская – из Верхне-Нарынского каскада ГЭС. Но весь этот проект благодаря “профессионализму” его участников, как мы знаем, благополучно накрылся медным тазом. И я теперь считаю, что перспектив у этого проекта нет никаких.

– Кстати, в чём вы видите причину того, что проект накрылся?

– Причины лежали на поверхности с самого начала. Проект этот был для инвестора экономически непривлекателен. Согласно ТЭО (технико-экономическому обоснованию) проекта, себестоимость электроэнергии на четырёх станциях Верхне-Нарынского каскада должна была составить 6,6 цента за киловатт-час. Сколько это будет по сегодняшнему курсу? 5 сомов за киловатт-час – не дешевле той электроэнергии, которую мы покупаем у Казахстана. А пока эта электроэнергия дойдёт до потребителя, она станет ещё дороже. Кому её продавать, кто её купит по такой цене – об этом никто не думал.

Однако наш стратегический партнёр – Россия – за этот экономически непривлекательный проект взялся. Он пришёл со своими силами и со своими деньгами. Кто же должен быть больше заинтересован в этом проекте – партнёр или мы? Ответ – мы, Кыргызстан. Но тогда надо было держаться за партнёра руками и ногами. Единственное, что от Кыргызстана требовалось – выделить территорию под стройплощадку. И мы эту миссию благополучно провалили. За два с половиной года после подписания соглашения о строительстве каскада кыргызская сторона из 3 тысяч гектаров в Нарынской области смогла отвести под строительство только лишь 550 гектаров. Объяснения из уст тогдашнего заместителя министра энергетики Айбека Калиева (нынешнего директора Национального энергохолдинга) последовали такие: “Оказалось, это очень непросто сделать, мы не были готовы”.

– Не потому ли “непросто сделать”, что некие шустрые чиновники подсуетились – приватизировали эти земельные участки, а потом заломили государству за них сумасшедшую цену?

– Данных, подтверждающих эту версию, у меня нет. Хотя в нашем государстве этот вариант исключать нельзя. Слухи идут не только об этом проекте – о других тоже. Была, например, информация, что и площадку для подстанции ЛЭП “Датка-Кемин” в Кеминском районе государству тоже пришлось у каких-то шустряков перевыкупать. За подтверждением этой информации я опосредованно обращался в местные органы власти, но ответа не получил – ни положительного, ни отрицательного.

Так вот, наша кыргызская сторона, будучи кровно заинтересованной в строительстве этих объектов, свою миссию благополучно провалила. Но вину за это – устами разных деятелей – возложила на российскую сторону.

– Как считаете, в какой степени в том, что строительство каскада ГЭС провалилось, виноват экономический кризис в России?

– Возможно, этот фактор тоже сыграл свою роль. Но с другой стороны – что такое 727 миллионов долларов (такова была цена проекта) для гигантской компании “Русгидро”, которая должна была вести строительство?! Одна спичка в спичечном коробке… Мы же в очередной раз оказались в ситуации, когда “нам все должны”. Помните комментарии, которые последовали за новостью о том, что проект сорван? “Россия нас опять обманула – обещала нам дать, обещала построить!”. Да никто нам ничего не обещал. Было соглашение двух партнёров: они строят на свои деньги и нам деньги занимают, мы предоставляем землю.

Один президент – Путин – выкрутил руки своим энергетикам  и  финансистам, другой президент – Атамбаев – дал гарантию, что мы свою часть условий выполним. И не выполнили.

Потом всё тот же Калиев заявил: российская сторона, дескать, первой стала настаивать на изменении условий соглашения… Но где протокол переговоров, где было озвучено это предложение? Где документ? Молчат. И документа не предъявляют. Ну а позицию российской стороны можно обозначить пословицей “баба с возу – кобыле легче”. Если нам этот проект не нужен – то им и подавно. Неприятность в другом. Никакой инвестор больше на этот проект не придёт – мечту об этом надо выкинуть из головы. Если придёт, то совсем на других условиях. Никто на 15 лет окупаемости проекта, как россияне, больше не подпишется. Максимальный срок – 7 лет! А при таком раскладе цена электроэнергии будет ещё выше, чем 5 сомов за киловатт-час.

У меня тоже были надежды на то, что заработают новые электростанции и у нас появится избыток электроэнергии. Но эти надежды улетучились как дым. Дай бог, чтобы хотя бы заработала Бишкекская ТЭЦ, реконструкцию которой китайцы обещают завершить чуть больше, чем через год.

– Почему “дай бог”?

– Да потому, что может получиться так, что ТЭЦ будет стоять – реконструированная, новенькая. А угля для неё не будет.

– То есть?

– Это удивительная история. Модернизацию Бишкекской ТЭЦ ведёт китайская компания “ТВЕА” – та самая, что строила ЛЭП “Датка-Кемин”. Стоимость проекта – 386 миллионов долларов. В 2013 году нас – членов наблюдательного совета при Минэнерго – насторожила не столько даже сама эта огромная сумма, сколько то, что она была озвучена китайцами без наличия ТЭО – технико-экономического обоснования проекта. Ведь именно в процессе разработки ТЭО должна всплыть реальная стоимость проекта, в противном случае появляются сомнения.

Когда мы эти сомнения высказали, китайцы отреагировали – причём мгновенно! Они сделали широкий жест – объявили, что ещё и окажут безвозмездную поддержку энергосектору Кыргызстана на 20 миллионов долларов. В эту сумму, как помню, входила поставка некоего оборудования. Ещё китайцы вызвались разработать ТЭО строительства в Нарынской области Кара-Кечинской тепловой станции, которую у нас собираются строить давно.

Разработку этого ТЭО китайцы оценили в 3 миллиона долларов. И опять сомнения… Много это или мало? Сравним. Вот ТЭО известного проекта СASA-1000 – строительства линии электропередач, по которой должна поставляться электроэнергия из Кыргызстана в Афганистан и Пакистан. Протяжённость трассы – почти 1500 километров от нашей Датки до пакистанского Пешевара. По пути – три мощные преобразовательные подстанции. И стоимость ТЭО этого проекта – тоже 3 миллиона долларов. При том что работа проделана огромная. Эти полторы тысячи километров надо пройти пешком, чтобы сделать нужные замеры. А здесь, на Кара-Кече вся работа – на одном пятачке в 10 гектаров.

Странный подход, правда? Пусть эти деньги не из нашего кармана, а из китайского, но это всё-таки деньги. Обычно на разработку ТЭО объявляется тендер, а тут без всякого конкурса ухватились за предложение китайской стороны. Подписали протокол. С кыргызской стороны – всё тот же Калиев, в ту пору замминистра энергетики.

Дальше – ещё смешнее. На днях в Бишкеке должен был состояться конкурс претендентов на строительство Кара-Кечинской ТЭС. Он не состоялся. По той причине, что не пришёл никто – ни одной заявки на участие в тендере! Потом читаю в новостях: вице-премьер Олег Панкратов признался – ТЭО этого проекта, которое взялись разрабатывать китайцы, ещё не готово. Да кто же тогда придёт?! Любой мало-мальски серьёзный инвестор, прежде чем участвовать в конкурсе, обязательно захочет познакомиться с ТЭО, чтобы узнать, какую работу ему предстоит делать. Зачем же объявлять конкурс на пустом месте?!

Это у нас национальное хобби такое: ставить телегу впереди лошади. Приглашать исполнителей, зная, что мы не сможем толком им объяснить, чего от них хотим. Всё стремимся показать, какие мы крутые, хотя у нас нет ничего – ни денег, ни готовности к серьёзной работе. Поневоле появляются нехорошие мысли – что-то здесь нечисто… И подобная муть довлеет практически над всеми проектами.

– Вернёмся к Бишкекской ТЭЦ. Почему есть риск, что она не сможет работать даже после модернизации?

– Дело в том, что тот блок Бишкекской ТЭЦ, который реконструируют китайцы, должен будет работать только на местном – кара-кечинском угле. Уже в 2017 году для “китайского” блока ежегодно понадобится почти полтора миллиона тонн кара-кечинского угля. Плюс ещё 500 тысяч тонн для “кыргызского” блока, который работает и сейчас. Итого – каждый год для Бишкекской ТЭЦ надо будет добывать и привозить в столицу с Кара-Кечинского месторождения 2 миллиона тонн угля. При том что на месторождении нет ни мощностей по добыче угля, ни технологии добычи, ни технологии сортировки угля. Второй вопрос – как доставлять в Бишкек по 7 тысяч тонн угля каждые сутки летом и по 9 тысяч тонн – зимой? По четыре железнодорожных эшелона каждые сутки надо пригонять. Как, если железной дороги нет?

– Нет?!

– Нет. Надо строить железную дорогу – 200 километров от Кара-Кече до Балыкчи. Без этого вопрос доставки угля на ТЭЦ не решим никак. Вот так у нас почти с каждым проектом: одно предусмотрим, другое – нет.

КРОКОДИЛ НЕ ЛОВИТСЯ, НЕ РАСТЁТ КОКОС…

– Кстати,  о  дорогах. Как  тут  не  вспомнить автодорогу Балыкчи-Корумду, которую Кыргызстан впервые начал строить на свои деньги. Финал у этого строительства тоже оказался плачевным, премьер Сариев вылетел в отставку…

– Самое любопытное в этой истории, на мой взгляд, то, что китайская компания приступила к строительству, хотя деньги на этот проект ведь не были заложены в бюджет. Что, по мнению депутатов, и стало одним из нарушений. Вдумаемся: подрядчик начинает строить за свой счёт, не получив денег от заказчика. Для этого подрядчик должен получить абсолютные гарантии того, что эти затраты будут ему возмещены. Причём не в какой-то отдалённой перспективе, а в чётко определённый период. Возникает вопрос: ЧЕМ же правительство это гарантировало – при отсутствии строчки в бюджете? И тут появляются разные нехорошие предположения... В том числе о том, что подрядчик мог эти гарантии “купить”.

– На откат намекаете?

– Не буду озвучивать никакие версии – с этим пусть разбираются правоохранительные органы. Но ситуация очень уж противоестественная.

– Раз уж мы проводим сейчас ревизию “сариевского наследства”… Под занавес своей премьерской карьеры Темир Сариев сделал то, чего до него сделать никто не мог или не хотел, – вернул на баланс Кыргызстана четыре иссык-кульских пансионата, которым пользовался Узбекистан. Позитив?

– Честно говоря, учитывая наш печальный опыт управления подобными объектами, позитива ждать не приходится. Главный вопрос: а что мы с этими пансионатами дальше будем делать? Кому они достанутся? Их надо срочно кому-то продавать. Если они отойдут под управление государства, то надо вкладывать в них большие деньги, пока во время курортного сезона они не начнут приносить доход. Если не будет ни того, ни другого, то эти пансионаты окажутся бесхозными. И мы через какое-то время увидим на их месте руины. Наглядный пример – иссык-кульский детский центр “Алтын-Балалык”, который строила Майрам Акаева. Посмотрите, что от него осталось…

На месте будущего строительства одной из станций Верхне-Нарынского каскада ГЭС россияне успели, как вы знаете, построить вахтовый посёлок стоимостью 37 миллионов долларов. Там очень хорошее жильё, столовая с современным кухонным оборудованием. Что теперь с этим будет? Я чиновникам советовал: этот объект надо срочно передать пограничникам. Пусть поживут в нормальных условиях, пусть поедят нормально. Если этого не сделать, то до осени этот посёлок не доживёт – его разграбят местные жители. Опыт в этом смысле в Кыргызстане очень богатый, начиная с 90-х годов. И никакая охрана не обеспечит сохранность имущества. Причём кто разграбил, куда ведут следы, никто не узнает.

Не знаю, приняли ли моё предложение. Если не приняли, посёлок обречён. А вложенные в строительство деньги российской стороне отдавать нам придётся.

Если сейчас посмотреть на все объекты, которые успел вернуть в свою собственность Кыргызстан, то, боюсь, мы увидим там то же самое – разруху. Мы имеем дело с процессом, начавшимся ещё в начале 90-х годов. Смотрите – в Кыргызстане сегодня нет ни одного крупного промышленного предприятия. Ни одного, кроме энергосектора! Судьба у всех одинакова, как под копирку. Заказов нет, привлечь заказчика мы не в состоянии, а сами работать не умеем. Уникальное оборудование продано либо на металлолом, либо соседям по СНГ, где те наладили своё производство. Какие-то предприятия, спохватившись, попытались возродить, а работать на них уже некому.

Наглядный пример – бишкекский завод “Физприборы”, ныне “Дастан”. Уникальное было предприятие. Теперь наши управленцы не знают, кому бы его предложить. В прошлом году туда даже президента Башкортостана повели во время его визита в Кыргызстан.

Что сейчас ценного в этом заводе? Только территория и, возможно, здания цехов. Все станки устарели, ни один инвестор на них не позарится. Но на территории завода ещё и начали строить жилые дома.

Как вам такое соседство – промышленный объект, специфический, заточенный под выпуск продукции “оборонки” – и жилые дома?

Подъездных путей, железнодорожной ветки нет, вывозить продукцию можно только на улицу Байтик Баатыра. Любой пикет перед воротами – и работа предприятия парализована. Почему пикет? Да по любому поводу. Нужна высококвалифицированная рабочая сила, в Кыргызстане её уже нет. Инвестору придётся везти свою рабочую силу… Что чревато опять же протестами: “Местных не берут!”. И кто, скажите, придёт на такие “специфические” условия? Что мы можем гарантировать инвестору?

В производственном объединении “Ала-Тоо” был уникальный японский станок с программным управлением (обрабатывающий центр) стоимостью 4 миллиона долларов, на котором изготавливали детали для “оборонки” сложной конфигурации. В СССР было всего два таких станка. Этот станок в начале 90-х продали в Иран за 300 тысяч сомов. Рабочие взбунтовались, президенту Акаеву писали, пикет устроили: “Не дадим вывозить!”. Так в выходной день одну стенку в цехе убрали, краном станок погрузили и увезли – и таможня, и пограничники сразу пропустили.

Так Кыргызстан потерял свой промышленный потенциал, доставшийся в наследство от СССР. Причём никакой военной агрессии против Кыргызстана не было, никто у нас ничего не отнимал – сами всё профукали. Теперь говорят: “Давайте построим”. Давайте! Только кто строить будет? И кто будет на этих предприятиях работать? В Таласской области уже шесть лет (!) строят картофелеперерабатывающий завод по производству чипсов – и конца-краю этой стройке не видно. Уже дешевле, наверное, бульдозером этот объект снести, чем дальше в него деньги вбухивать.

– И  ведь  никто за этот погром  отечественной промышленности ответственности не понёс…

– Никто. Потому, что каждый свою долю получил. Откуда все эти особняки и дворцы? А теперь ждём, что нам кто-то что-то построит. Китайцы из компании “ТВЕА”, строившие ЛЭП “Датка-Кемин”, в разговоре со мной как-то обмолвились: “Мы готовы этот объект и эксплуатировать”. Понимаете? Они видят, что даже пользоваться тем, что другие построили, кыргызстанцы уже почти не могут. Ведь начинаешь разбираться в крупных авариях в энергосекторе – вылезает человеческий фактор: что-то сделали не так или вообще не сделали. Наш энергосектор держится сейчас только на плеяде старых профессионалов-энергетиков. Уйдут они – даже представить боюсь, что с этой отраслью станет.

– Подведём итог. В чём, как считаете, причина наших бед в экономике? Почему куда ни ткни – везде, как в известной песенке поётся, “крокодил не ловится, не растёт кокос…”?

Причина в управлении. И в управленцах. Почитайте резюме любого руководителя. Там найдёте всё, что угодно. Кроме главного – опыта руководства предприятиями и коллективами, насчитывающими сотни, а то и тысячи человек. Чтобы далеко не ходить, возьмём наших премьер-министров. Из них только Николай Танаев, как бы к нему не относиться, имел такой опыт масштабного руководства. Больше никого припомнить не могу. Многие не руководили даже пятью подчинёнными, а им доверили управлять целыми отраслями и даже страной.

Трагедия в том, что управленцы всех уровней имеют один общий знаменатель. Они подобраны не по принципу профессиональной пригодности, а по иным, местечковым критериям.  И чего же мы ждём от них? – заключает эксперт Николай Лукьянович Кравцов.

Так стоит ли нам, кыргызстанцам, с таким азартом следить за тем, кто станет очередным премьер-министром Кыргызстана? Что от этого изменится? Может, с чего-то другого надо начинать? С подбора кадров, к примеру, по уровню профессионализма, а не принадлежности к тому или иному клану… Так и страну недолго потерять.

Вадим НОЧЁВКИН

Источник: http://delo.kg

1 Likes
0 Dislikes

Комментарии закрыты